Право на город, которое мы заявили как центральную тему фестиваля 2021 года, балансирует в постоянном конфликте интересов частных и общественных. Ярким тому примером могут служить дворы, в которых сталкиваются право жильцов конкретного дома на землю и частную жизнь и право более широкого круга горожан на открытое, доступное, свободное для перемещения общественное пространство.

Как выглядит обычный двор в старом районе города? Чаще всего он отдан на откуп автомобилям, здесь же стоит детская площадка, если повезет, спортивные тренажеры, территория изрезана привычными повседневными маршрутами пешеходов — в школу, на работу, в магазин. Как выглядит современный двор в новом ЖК? Чаще всего это двор без машин, такая концепция за последние несколько лет пришлась по душе и девелоперам, и покупателям. Здесь, в зависимости от класса жилья, наверняка найдется современное благоустройство, беговая дорожка, а возможно и место для занятий йогой, и лаунж-зона, и барбекю. 

Старые дворы — устаревшие, но открытые всем, новые — отвечающие всем потребностям, но за заборами. Что важнее: право жильцов конкретного дома на свое пространство или право горожан на открытость и свободу перемещений? Есть ли правда в огораживании своей территории, или это иллюзия безопасности?

«Мой двор, моя крепость» — на круглом столе с таким названием на фестивале архитектурного образования и карьеры «Открытый город» эксперты вместе с модератором, архитектором Ильей Мукосеем разобрали спорные утверждения и пришли к выводу, что многие из них — мифы.

Полная запись беседы, в которой приняли участие Александра Черткова, партнер архитектурного бюро «Дружба», Любовь Гурарий, эксперт по соучастному проектированию и работе с сообществами, сооснователь проекта «Город друг», креативный продюсер фестиваля «Районнале», Елена Верещагина, журналист, депутат Совета депутатов Троицка (Новая Москва), доступна на канале Opencityfest

 

Миф: Закрытый двор безопаснее для детей

Александра Черткова, партнер архитектурного бюро «Дружба»: Ребёнок не перестаёт быть ребёнком вне двора. Его безопасность надо рассматривать в масштабе города. 

Для пребывания ребенка во дворе важны другие вещи. Во-первых, сформированное сообщество: когда соседи знают друг друга, знают детей, вместе гуляют, присматривают и за чужими детьми тоже. Это называется “глаза” города. Во-вторых, ярко выраженные границы территории, например, с помощью озеленения или цвета, которыми можно показать ребенку, где можно гулять, а где нет. Должно возникнуть чувство границы. 

Елена Верещагина, депутат Совета депутатов Троицка (Новая Москва): Вопрос безопасности — это вопрос плотности соседских связей. Там, где с этим все в порядке, люди отпускают детей гулять во двор. Там, где они разрушены или их недостаточно, даже закрытый периметр не спасает.

Мария Могилевцева-Головина, директор по продукту «Сити XXI-век»: Когда мы говорим о детстве, подростковом возрасте, когда формируется личность, эти территории развития нацелены на формирование личностных характеристик, образование. Это среда для взаимодействия, развития социальных навыков. Чтобы подросток не маргинилизировался, он должен иметь среду, где он может себя приложить и раскрыть. Для этого создаются скейт-парки, хоккейные стадионы, коробки, которые зимой заливаются, амфитеатры, где другого уровня коммуникация. 

Вместе с этим в своих проектах мы не забываем и о других людях, например, чайлдфри, которые не хотят слышать ничего про детей и подростков, у них тоже есть право на город, на тишину, они хотят иметь возможность прочитать книжку на скамейке. Для таких групп предусматриваются лаунж-зоны в окружении зелёных насаждений.

 

Миф: чем меньше чужих во дворе, тем менее тревожно

Любовь Гурарий, эксперт по соучаствующему проектированию и работе с сообществами, сооснователь проекта «Город друг», креативный продюсер фестиваля «Районнале»: На самом деле многое зависит от реакции сообщества. Если это новостройки и люди приехали из разных городов, то за два-три года еще не сложилась ни идентичность, ни сообщество. В старых районах, где люди живут годами, напротив, многие хранят воспоминания и ценят общность. Пример: район Сокол. Уникальное для Москвы сообщество. Много старожилов, которые тепло принимают новичков — и те чувствуют себя как дома. Даже в общественных пространствах царит атмосфера “родительской” поддерживающей среды.

Александра Черткова: Человек человеку не обязательно волк. Нужно задавать контекст, где гулять можно не только в своем дворе, а ходить к соседу, в общественный центр микрорайона, встречаться в разных местах. Это особенно актуально родителям с маленькими детьми, которым часто не хватает разнообразия для прогулок. Поэтому пусть люди приходят ко мне во двор. Это классно!

Мария Могилевцева-Головина: Сейчас есть примеры, когда в районах складываются комьюнити, есть постоянные пользователи территории, а новые между собой знакомятся. Предполагается, что это сообщество будет выталкивать чуждые для себя элементы, таким образом повышать степень комфортности эксплуатации, использования и безопасности этих территорий. Это и теория, и практика. Например, при развитии общественного пространства «Парк Раздолье» в Одинцовском районе занимаются комьюнити-менеджментом. Это хороший кейс.

 

Миф: люди не хотят делиться с остальными, отсюда и заборы

Любовь Гурарий: Люди могут собраться и выработать коллективную повестку: что мы хотим делать во дворе, хотим ли мы быть открыты для соседей и сами ходить к ним. В процессе соучастия люди приходят как собственники своих интересов. Когда начинается диалог, часто бывает удивительно, что есть и еще интересанты. Встретились, поняли, что есть разные интересы — отсюда и начинается эволюционный путь. Это вопрос системной работы. Если это становится политической повесткой, как, например, в Татарстане, то мы видим системные изменения. Даже в Выксе, где 10 лет назад в рамках фестиваля Арт-овраг мы сделали двор, жители уже более открыты к многим вещам, хотя изначально было сильное сопротивление. Это вопрос времени. 

Елена Верещагина: В нашей стране эта идея почему-то недооценена, хотя, на мой взгляд, это решение многих вопросов. Речь об иерархии общественных пространств: от общественных, которые принадлежат всем, масштаба города, района и двора, до полуприватных, например, подобие неких патио на первых этажах, которые доступны только нескольким соседям. Необходимо четкое деление на частное и общественное, как с заборами, так и без них. 

 

Миф: закрытость дворового пространства помогает избегать вандализма

Любовь Гурарий: Мы много сталкивались с вандализмом. Практика показывает, если если меняется атмосфера места, становится больше людей, живущих по позитивным сценариям, маргинальные практики уходят оттуда. Это история о критической массе: кто кого “пересидит”. В Выксе у нас был отличный педагогический эффект от соучастия. Мы сделали забор с рамками для дворовой экспозиции, которые кто-то отломал, все очень расстроились. Спустя некоторое время в дом творчества рядом с двором пришли подростки, которые сказали: “Нам очень жаль, мы сломали эти рамки, и видим, как все расстроились, мы готовы чинить. Это новый сценарий, это результат соучастия.

 

Миф: с заборами вокруг новых ЖК ничего не поделать

Мария Могилевцева-Головина: Здесь на первый план встают вопросы эксплуатации. Девелоперы могли бы передавать эти территории городу и их открывать. Если предположить, что уровень безопасности идеальный, и ничего не случится. Но не каждый МАФ город готов эксплуатировать: что-то дорого, что-то технически не в состоянии. Если мы как девелопер отдаём городу эксплуатацию нестандартного проекта благоустройства, она как бы ложится на муниципалитет. Если муниципалитет готов принимать на баланс сложный объект и подписываться под тем, что он его не убьёт, будет грамотно эксплуатироваться, совершенствовать средства эксплуатации, закупать новую технику, которая соответствует уровню благоустройства, тогда актуально задаваться целью минимизировать заборы.

Есть кейс, когда в Красногорском районе девелопер создал на территории городской парк: облагородил водный объект, сделал инженерные коммуникации, туалеты, комнаты матери и ребенка, пост охраны. Мы передаем это городу с большим удовольствием, считаем, что развиваем таким образом городскую среду, создаём потенциал для развития местных сообществ. И так, и так девелоперы работают. 

Для того, чтобы территории ЖК становились более открытыми, нужно взаимодействовать с администрациями, муниципалитетами. При позитивной коммуникации можно добиться хороших результатов. Большую роль играют в этом вопросе и комьюнити.

 

Миф: людям не нужны их дворы, максимум, что они попросят: парковку и детскую площадку

Александра Черткова: Действительно, нынешние горожане не представляют, что двор — потенциальная территория для их пребывания, отдыха, досуга. Но мы начинаем рассказывать. Это диалог. Оказывается, дядя Петя из третьего подъезда классно играет в нарды, и твой ребёнок тоже любит  — значит, нужно сделать стол для нард и навес. Так начинают завязываться отношения. Когда есть сложившаяся застройка и сложившееся сообщество, людей можно “расшевелить” мероприятиями. 

Вдохновляясь такими историями, к нам обращаются девелоперы. Они говорят, что у них в новых жилых районах нет сообщества, что же делать? Если мы хотим объединить людей, то нужны новые форматы, поэтому часто мы делаем соседский форум. Это объединяющая история, где люди могут и поработать, и отдохнуть. С возможностью удаленной работы для многих это стало актуально. Мы предлагаем набор форматов, которые объединяют людей — в обмен практически гарантированно они будут что-то делать вместе. 

Любовь Гурарий: Среда точно создает интуитивные сценарии сообщества.